коллаж «Блокнота»
Президент провел совещание по поводу искусственного интеллекта. На нем много было сказано важных слов, лидер страны демонстрировал серьезность намерений, и личное участие в теме.
Чувствуется, что перспективы развития ИИ Путина берут за живое, и он держит вопрос не на формальном контроле, а по зову души, как говорится. Также, как и проблему свалок в России и вывоза мусора. Когда еще в нашей стране ее глава занимался помойками? Разве Горбачев, Ельцин или Брежнев хоть слово по этой теме говорили? Или звучала она на партийных пленумах?
А вот для Путина, видно, что это важно, и Дмитрий Патрушев не случайно поставлен контролировать все дела, связанные с мусором. Говоря шире, тема экологии Путина тоже очень волнует, и мусорные свалки и переработка мусора — лишь одно из вытекающих следствий. Леопарды, стерхи, киты все из той же серии. И я считаю, что у министра Козлова («эколога») очень хорошие аппаратные перспективы поэтому.
Впрочем, мы отвлеклись.
Такой же вот темой для президента сейчас стал искусственный интеллект. И неспроста. Он сказал на совещании, что направлений у ИИ четыре, и четвертое — «это развитие собственных решений искусственного интеллекта для национальной обороны и безопасности. Здесь, повторю, мы должны обладать самыми передовыми технологиями, использовать максимально суверенные отечественные продукты». А на следующий день Путин принял директора «Роскосмоса» Баканова, и разговор опять шел о новейших технологиях, в том числе о русском «Старлинке».
Вот также Сталин когда-то на седьмом десятке лет вынужден был сразу после войны входить в проблемы атома, чтобы страну не уничтожили с помощью ядерного оружия, и вникать в проблемы создания ракетного ПВО вокруг Москвы. Потом Хрущеву – такому же необразованному как и Сталин, и еще менее начитанному, пришлось заниматься проблемами атомных подлодок, ракет и космоса. Положение, как говорится, обязывало.
Теперь Путин, юрист по образованию, должен разбираться и в ИИ, и в беспилотниках, и в широкополосном низкоорбитальном Интернете. Ведь на деле все упирается в позицию первого лица, в то, в каких приоритетах развития его убедят.
Вспоминается 2018 год, президентская кампания. Она прошла под знаком презентации Путиным «новейших видов российского вооружения, не имеющих аналогов в мире. Это ракетный комплекс «Сармат», подводные беспилотники, крылатая ракета с ядерной энергоустановкой, авиационный ракетный комплекс «Кинжал», лазерное и гиперзвуковое оружие».
Я тогда, честно говоря, не понимал – зачем президент столько внимания уделяет вооружениям, а не социальным проблемам, например. Теперь-то и мне, и, я думаю, большинству граждан, понятно. Посылался сигнал Западу в преддверии неминуемой СВО, мол, не думайте влезать.
Правда, возникает вопрос – а точно ли его слова услышали, а если услышали, то какие сделали выводы? Киев, например, как кажется, выводы сделал совсем не те, на которые рассчитывали в Москве. Он продолжает бить по самым болевым точкам России – порты, НПЗ, химзаводы и т.д., совершает теракты против высших генералов, проводит диверсии в диапазоне просто немыслимом. Коллективный же Запад исправно уже пятый год поставляет оружие Украине, уже на сотни миллиардов долларов. Чего может быть хуже? «Орешник» также не сработал. Применили мы его дважды – а какой эффект? Чего испугались и Киев, и его партнеры? Я лично не вижу.
Это к чему — к тому какие советники и что нашептывает наверху руководству по части технически новинок и вооружений. Как в Кремле должны понять — кому верить и кому нет? Кто жулик и проходимец, а кто действительно, толковый инженер, конструктор, ученый?
Сейчас принято всех собак вешать на Шойгу. Что ж — он должен через это пройти, слишком уж его захваливали 12 лет подряд, и когда-то он должен был услышать о себе горькую правду. Но перегибать палку не следует – кто мог представить роль беспилотников в войне, причем не тех, больших, которые начали делать перед СВО, специально построив для этого завод в Дубне, а малых? Ни у нас, ни на Украине, ни на Западе о таком и не помышляли. Про «Байрактары» сегодня все уже забыли. Жизнь оказалась смелее самых смелых предположений.
Так вот, задним умом понимаешь, что в 2018 думать надо было не о великом, а о малом. Не о больших ракетах, а о крошечной технике, поскольку именно она и определяет сегодня расклад на поле боя. Но не начав воевать, дойти до этой истины невозможно.
Возьмем комментарии Кремля 2022-2023 гг., когда война еще носила отчасти традиционный оттенок, и не приобрела нынешнего технологического характера. Помнится, как президент говорил о лучшем в мире танке «Прорыв», о том, сколько Россия производит танков. Сегодня такие разговоры вызывают только улыбку. Танки почти исчезли с передовой. Но интересно – госзаказ на их производство снижен или вообще отменен? Или нет? То же касается многих других видов оружия и техники – и крупных надводных кораблей, и вертолетов и т.д. СВО кардинально поменяло наши представления о должном.
При разговорах об ИИ остается непонятным простой вопрос – почему в России нет своих тяжелых беспилотников типа «баба-яга»? С 2023 года с фронта валом идут сообщения о том, сколько украинские агрокоптеры наносят нам ущерба, но не делается ничего, чтобы как-то изменить ситуацию. Весь 2023, 2024, 2025 год российская армия воюет без собственной «бабы-яги». Почему? Неужели китайцы продают их Киеву, а нам не продают? Иного ответа я не вижу. Отключили нам «Старлинк», а почему в течение 2022, 2023, 2024, 2025 годов не подготовили ему замену? Я уж не спрашиваю про предыдущие годы.
Разговоры о технической сложности отметаю сразу – не бином Ньютона. Вспомните как с августа 1945 по август 1949, создали в буквальном смысле с нуля атомную бомбу, в нищей, отсталой, разоренной войной дотла стране. Сработали и разведка, и ученые, и инженеры. Систему ПВО вокруг Москвы разработали за три года — 1950 – 1953. Космодром Байконур построили в голой пустыне с самой примитивной техникой за 2 с небольшим года – с 1955 по 1957. Почему при Сталине, когда техническое отставание от Запада было подавляющим, мы могли в кратчайшие сроки решать вопросы, важные для выживания, а сейчас, когда мы уже не отстаем так сильно от него, нет?
Хотелось бы обратить внимание еще на один аспект. У нас от советского времени осталось множество технических первоклассных вузов, все эти МФТИ, МИФИ, Бауманка, МАИ и прочие. Почему их потенциал не востребован в должной мере? Что мешает создавать студенческие КБ? Почему их студенты, аспиранты, преподаватели не клепают БПЛА как горячие пирожки?
Ведь у нас подобные производства создают вообще случайные люди. Например, «отец» беспилотника КВН, и БПЛА на оптоволокне – Алексей Чадаев, ни разу не технарь. Он вообще к таким аппаратам отношения никогда не имел. То же можно сказать про основателя «Уралдронзавода», автора «Упырей», Владимира Ткачука и многих других. То есть ситуация такая, что высокая вузовская наука сама по себе, а энтузиасты беспилотия – сами по себе. От СССР нам достался уникальный вуз – МИЭТ в Зеленограде, центре электронных технологий. Такого специализированного заведения нет, наверное, и в США. А что толку? Где наши микрочипы и литографы?
Пример с БПЛА показывает, что первично не образование, не инженерия, а желание и мотивация. Когда есть энтузиаст, то пусть он десять раз будет неграмотным, но он найдет тех, кто сможет воплощать его задумки в реальность, и сплотит вокруг себя команду.
Думается, с ИИ обстоит дело также. Никакие вливания средств сверху под существующие структуры не помогут. Эти организации консервативны, косны, неповоротливы. «Яндекс» создали не по заказу, без государства. И, вообще, весь русский Интернет, штука весьма продвинутая, развивался весьма динамично, усилиями снизу. Необходимо создавать атмосферу творчества.
У нас же увлеклись формалистикой — строительством «кампусов» университетов по всей стране, новых учебных корпусов, как в случае с той же Бауманкой. А где отдача, где результат? Где наши передовые БПЛА, почему пишут, что на данном этапе Киев нас опять обогнал по беспилотникам? Где нобелевские премии? Где сногсшибательные открытия и изобретения? Где иностранные студенты из передовых стран, жаждущие у нас учиться?
Огромные деньги идут на подобное строительство безо всякой ясной и внятной перспективы. Построили Иннополис под Казанью — и что, наши криптографы-компьютерщики что-то взломали у противника? Заразили его компьютеры вирусами по примеру операции Израиля против ядерной программа Ирана?
На Украине за это время, кажется, ни одного корпуса университета не построили. А результат они демонстрируют не слабый, и по ракетам, и по БПЛА, и по системам управления боем. Им от СССР не досталось таких шикарных вузов как МИЭМ или МИРЭА. Однако, все что нужно они делают. Вывод один – нельзя покупаться на громкие слова и красивые картинки и схемы. И для осознания этого не нужно искусственного интеллекта, достаточно естественного.
